В годы Великой Отечественной войны медицина не обладала тем богатым арсеналом лекарственных средств, который доступен сегодня. Первые препараты, эффективно заживляющие раны, в те годы только-только появлялись или получали своё массовое распространение. Рассказываем, как медики Барнаула и края в военное лихолетье спасали раненых и поддерживали их здоровье.
Искусство врачевания
В годы Великой Отечественной войны в Алтайский край приходили эшелоны с ранеными солдатами.
— Бойцов распределяли по многочисленным госпиталям. Все медучреждения региона располагались вдоль железнодорожных путей, что было очень удобно в плане транспортной доставки раненых. Только два в стороне — в Белокурихе и Егорьевском районе, со специализацией на долечивание, — рассказывает директор Музея истории Алтайского государственного медуниверситета и медицины Алтая Иван Беккер.
В те далекие годы уже шла специализация госпиталей по видам травм. К примеру, в главном госпитале края специализировались на общей и восстановительной хирургии, ортопедии. Были челюстно-лицевое, неврологическое, инфекционное и другие учреждения.
Многое зависело от мастерства врачей. В тематической экспозиции музея — наркозный аппарат времен Великой Отечественной войны. Тогда это была металлическая сетчатая маска-основа, куда вкладывалось марлевое основание.
— Брали шесть слоев марли и пузырёк с эфиром. В те годы не было понятий реаниматор, анестезиолог. Главный анестезиолог — это, по сути, была санитарка. Она капала эфир на эту маску. Когда хирург видел, что пациент уснул, начинал операцию. Было невозможно просчитать объёмы наркоза и, увы, не всегда такие операции заканчивались хорошо, — отмечает Иван Беккер.
В других странах использовались подобные наркозные системы. По соседству располагается японская наркозная маска. Она немного другой конструкции, но такого же принципа лечения.
В самые горячие периоды войны алтайские врачи одновременно лечили в госпиталях по 90–100 раненых каждый.
— Не оставались в стороне жители региона — приносили раненым из домашних хозяйств всё что можно: тёплую одежду, продукты. Не хватало ваты — собирали мох в лесу. Помогали и предприятия. Наш Барнаульский канифольно-терпентинный завод выпускал скипидар в том числе и для медицины, как дезинфицирующее средство. Под Рубцовском залежи гипса, там установили небольшой заводик, чтобы материал передавать в госпитали, — рассказывает директор музея.
Революция в медицине
Арсенал лекарств в стране был небогат. До применения антимикробных препаратов люди погибали не от самого ранения, которое часто не угрожало жизни, а от заражения крови. Настоящую революцию в лечении раненых принёс противомикробный препарат стрептоцид. Он был открыт ещё до войны, но именно в годы военного лихолетья в стране был налажен массовый выпуск этого почти волшебного по тем временам вещества. Стрептоцид использовался как основное средство для борьбы с заражением крови, пневмонией, дизентерией и инфекциями ран. Им присыпали раны и давали в таблетках.
— Для спасения раненых солдат очень нужен был антибиотик. За рубежом уже был разработан первый такой препарат, рецептура производства которого держалась в строжайшем секрете. Наши учёные бились над этой проблемой, и её удалось решить. Во время Великой Отечественной войны был синтезирован наш пенициллин и проведены его испытания в полевых госпиталях. Препарат спас жизнь тысячам раненых, — рассказывает Иван Беккер.
На первых порах антибиотика для всех не хватало. Нашим медикам приходилось искать разные решения этого вопроса.
«Беседовал с очевидцем того времени, который рассказал, что в одной из деревень Рубцовского района сам фельдшер делал антибиотики: собирал банную плесень и использовал её при приготовлении средств для перевязок — настолько люди нуждались в этих препаратах. Массовое производство пенициллина началось уже в послевоенные годы», — отмечает директор музея.
Все средства хороши
С фронта до Алтайского края раненным бойцам предстоял неблизкий путь. У многих уже были нагноения ран. Нужно было помогать всеми возможными средствами. Со второй половины 1942 года в лечении и восстановлении здоровья военнослужащих стали применяться методы лечебной физкультуры, физиотерапии, лечебного питания.
Были разработаны специальные методики лечения солью. На обширные рваные раны накладывали хлопчатобумажную ткань, смоченную в растворе поваренной соли, чтобы избежать гангрены. Через несколько дней таких примочек рана становилась чистой. При этом, по дошедшим до нас данным, концентрация соли не должна была превышать двух чайных ложек на стакан воды. Также для дезинфекции использовался раствор уксуса.
В руках у Ивана Беккера объёмное устройство — лампа для физиотерапии «Соллюкс». Своим светом и теплом она помогала в излечивании воспалений, невралгий и мышечных болей.
Для быстрого выздоровления воинам нужна была витаминная поддержка — тут в помощь пошли алтайские растительные снадобья. К примеру, восполнить витамин С помогал настой хвои, а бороться с недостатком витамина А помогал дикорастущий щавель.
Несмотря на колоссальный объём работы, в войну врачи эвакогоспиталей подготовили свыше 40 научных работ, имеющих большое практическое значение.
В годы войны в Алтайском крае действовало 69 госпиталей, из них 16 — в Барнауле. В Музее военной истории краевой столицы есть раздел, посвящённый подвигу врачей в годы Великой Отечественной войны.
Благодаря мастерству врачей средний процент выписки и возвращения в строй раненых в Алтайском крае был самым высоким в Сибири — 46%. В Омской области он составлял 38%, в Новосибирской — 36%.
